ilya_prosto (ilya_prosto) wrote,
ilya_prosto
ilya_prosto

Category:

Из первых рук (+): 3-я Висленская МСД, ополчение Донбасса, контракт в 15-й омсбр. Ч.1.



Неожиданно ещё один материал сверх цикла интервью. Не устоял перед предложенной историей — рассказчик отслужил год срочной службы в 2006-2007 гг. (как обладатель высшего образования — при двухгодичной службе выпускники ВУЗов служили год), несколько месяцев в ЛНР в 2014-м, а затем подписал контракт в мотострелковой бригаде, снова в ВС РФ, в 2015 году. Поэтому в данном рассказе вы найдёте зарисовки о действительно боевой службе в мотострелках 2000-х (рассказчику повезло попасть в учебную роту, где боевой подготовкой занимались) и сможете сравнить с рассказами мотострелков 2010-х из более ранних выпусков — что хуже, что лучше. Также рассказчик поведает о том, что из опыта срочки пригодилось на войне на Донбассе. И о том, как после всего перечисленного он воспринял службу по контракту в одном из подразделений 15-й мотострелковой бригады.

Я опять постарался задать все интересующие любителей тактики и военного дела вопросы — мне снова повезло получить для вас ответы.


Личный блок:

1. Как вас можно представить?

— «Скиф».

2. В каком возрасте вы поступили на службу? Какое на тот момент у вас было образование? Укажите год и номер вашего призыва, например, «осень 2013».

— Призвали меня на срочную службу в конце октября 2006-го (призыв 2-2006). Мне было на тот момент 22 года, закончил исторический факультет местного педагогического института. Закончил его с красным дипломом, два месяца отбивался от всех преподавателей родной кафедры, меня чуть ли не за волосы тащили в аспирантуру.
Замечу также, что призывники с высшим образованием служили 1 год до перевода армии на одногодичный срок службы.

3. Какова была ваша мотивация? Деловая — военный билет мог пригодиться для работы на гражданке? Идеалистическая — родня/друзья прошли службу, вы из семьи военнослужащих, личный интерес к службе, в том числе по патриотическим убеждениям?


— И вот здесь, конечно, стоит подробно сказать почему я отправился в армию.
Даже без аспирантуры имелась возможность пойти в тогда ещё милицию вместо армии. Ну или учителем в сельскую школу, даже были знакомые, обещавшие поспособствовать.

Мотивация как обычно комплексная, всего по чуть-чуть. Мне предлагали в то время пойти в ФСБ опером, вот здесь срочка была нужна. Да и родня тоже как фактор: дед военный лётчик, отец на флоте служил срочную. Вообще, в моей семье служба в армии считалась обычным делом для мужчины. Брат двоюродный, погодка, в этот момент как раз дослуживал срочную в спецназе ГРУ (он только техникум заканчивал). Ну и да, пострелять хотелось, побегать с автоматом, посидеть на блокпосте с пулемётом и так далее. Опять же, то, что воинская служба — это долг гражданина, я тоже знал.

Хотелось, конечно, в элитные войска, особенно в морпехи — даже прыгал с парашютом студентом. Но на медкомиссии поставили диагноз заикание (оно до сих пор у меня проявляется, когда сильно волнуюсь). Группу годности понизили до А3 и дали выбор: либо Космические войска, либо «истребители танков» (мотострелки).

4. Во скольких воинских частях вы проходили службу — учебка, воинская часть? Где территориально довелось служить?


— Попал изначально в танковый полк, 237-й если не ошибаюсь. Оба танковых полка нашей 3-й Висленской мотострелковой дивизии стояли в г. Дзержинске Нижегородской области. В нашем полку шёл ремонт казарм. Поэтому КМБ проходили у танкистов.

Потом распределили в Ковровский учебный центр (467-й ОУЦ), в мотострелковый полк на БМП, в самом Коврове который.
После окончания учебки попал наконец в свой 245-й Краснознамённый Гвардейский Гнезненский ордена Суворова III степени мотострелковый полк. Он находился в посёлке Мулино той же Нижегородской области. Ещё в ходе учебки часто ездили на Гороховецкий полигон стрелять из пушки 2А42, основного оружия БМП-2.

С ополчением проще. Луганский батальон «Заря», сейчас 2-я бригада Народной Милиции ЛНР.

Контракт заключил в 15-й мотострелковой бригаде, которая ранее являлась миротворческой, а ныне «Чёрные (Александрийские типа) гусары». В Рощинском, под Самарой находится.

5. До какого воинского звания вы дослужились к концу срочной службы? Были ли какие-то отличия в виде знаков классности, благодарностей и грамот, спортивный разряд, полученный за армейский период?


— На срочной, после учебки, получил младшего сержанта. Годичников с высшим образованием на командные должности не ставили — так гранатомётчиком и числился до конца службы.

Благодарности имелись в учебке за знания устава. Память профессиональная, поэтому легко запоминались и характеристики техники, и устав. Но личное дело потеряли при переводе, как обычно.

В войсках мы почти всё время находились на рабочках разных (от строительства спорт городка, до копания окопов и траншей перед дивизионными учениями), так что там не знаю даже как отличиться можно было.

Боевая подготовка

1. Какая у вас воинская учётная специальность, какую роль пришлось выполнять по факту? Может, несколько ролей сверх штатного расписания?

— В военном билете стоит ВУС 103, связанная с гранатомётами. Дали при распределении в полк после КМБ. В учебке обучался на командира отделения БМП-2. Вдогонку к предыдущему блоку — вместе со званием получил 3-ю классность. Но как уже писал, в войсках годичников не ставили на должности командиров, не помню даже примеров таких. Поэтому служил по изначальному ВУСу.

Про ополчение отдельный длинный разговор.

На недолгом контракте сразу определили по ВУСу в военном билете. Хотя к тому времени я получил разнообразный опыт, больше всего связанный с АГСом. Даже говорил с одним из взводников-АГСников в батальоне о переводе, но потом, когда принял решение валить из этого дурдома, отказался. Хотя если бы решил остаться, перевод на АГС можно было устроить легко. Тем более, что в отдельных взводах в пехоте намного комфортнее, чем в ротах.

1.2. И что произошло в ополчении с воинской специальностью?

— С ополчением всё интересно. Начал я как пулемётчик РПК, потом появился в группе РПГ-7, соответственно, взял его на основании ВУСа. Затем сидел за ПКМ, (по учебке познакомился с ПКТ, они похожи). Потом стал АГСником, местами снова пулемётчиком с ПКМ и гранатомётчиком РПГ. И обучался работать с ПТУРами.

2. Как вы оцениваете качество обучения по вашей воинской учётной специальности (ВУС)? Доводилось ли принимать участие в учениях и полевых выходах? Была ли боевая стрельба у вашего подразделения? Опишите ваш полевой выход.

— На срочной службе побывал в трёх частях. Собственно, на КМБ всё свелось к строевой, уставам, физухе, противогазам и трём выстрелам из АК, плюс, сборка-разборка. На то и КМБ. Говорили, что если бы стояли у себя в части, то стреляли побольше — пехота же.

Учебка. Здесь боевую подготовку надо разнести на три блока: теория, огневая и тактика. Сразу скажу, это именно про командира отделения, а не просто наводчика БМП.

Теория: изучали характеристики своего оружия и техники «вероятных партнеров» из блока НАТО, а также их штатные расписания. Довелось изучать материалы по штатам механизированных дивизий США и немецкого Бундесвера. По первым точно устаревшие на тот момент, но хоть что-то. По технике раздавали распечатки про танки «Абрамс», «Леопард» и «Леклерк», БМП «Брэдли» и «Мардер». Сразу скажу — считаю это важным, — знания солдат в войсках по технике противника ниже плинтуса, по своей тоже не очень. А тут хоть и местами устаревшая (интернет у меня был на гражданке, темой, пока в вузе учился, интересовался), но хоть какая-то информация (не все же интересуются).

Провели несколько занятий по минно-взрывному делу. Самые основы: какие бывают мины, как их обнаружить, как работает взрыватель и т. д., да как поставить правильно растяжку тоже объяснили. Ну, и остальное по мелочи.

Далее тактика. Раз в неделю выезд на тактическое поле, где отрабатывались действия в пешем порядке. Занятия проводили толково только офицеры, если у них было настроение. Ротный недавно вернулся из Чечни, замполит хоть и пьянствовал часто, но прошёл обе компании, и иногда на него находило. И взводные временами развлекались с нами. Из того, в чём тренировались — это отделение в обороне и отделение в наступлении. Первое включало занятие позиций в разных ролях, на время, и правильное расположение бойцов. Второе — отработка передвижений парами, тройками, (в зависимости от роли), с взаимным прикрытием. Учили, как расположиться на местности, поведение отделения на марше, основы передвижения в городской застройке. Взводники развлекались побегушками в лесу отделение на отделение — это давало навыки перемещения в группе, то есть взаимное прикрытие, выделение огневых групп. Под конец учебки нас обкатали «бэхами» вместо танков: проедет БМП над головой, пока ты сидишь на дне окопа, затем ты кидаешь ей в корму гранату. Всё это проводилось спорадически, то есть как у офицеров левая пятка зачешется. Было несколько дней, когда ничего не делали на тактике кроме медицины.

Хорошо проводили занятия по военно-медицинской подготовке: вынос раненого и оказание первой помощи в различных ситуациях — это отрабатывали каждое занятие, здесь фельдшеру нашему надо сказать спасибо.

Огневая. Началось с теории — баллистика, характеристики. Затем тренажеры: ставили стрельбу из автоматов, обучались работать с органами управления пушки 2А42, водили пару раз БМП на тренажёре, довольно реалистичном, с гидравликой. С весны начались стрельбы раз в неделю из АК, раз из ПКТ, раз в две недели выезд в Гороховец на стрельбы из 2А42.

Стрельбы из АК один раз провели ночные, из ночных прицелов, остальные днём, по полтора-два магазина. Специально оборудованное стрельбище, с движущимися мишенями, не помню номер упражнения. Включало стрельбу стоя, с колена, лёжа, в движении. То есть происходила постоянная смена целей и положения стрельбы, для пехоты такое считаю вполне достаточным. Упражнение по итогу мы почти все сдали на «3» или «4», была пара отличников на роту. Метали на том же поле гранаты, вначале учебные 2-3 раза с запалами, потом боевые по разу. Один боец из роты уронил гранату в окоп при метании, но спасла реакция зампотеха роты, майора — тот успел поднять и выкинуть, потом того незадачливого бойца сильно отпинал.

Говорили, что на летних сменах в учебке проводились занятия на ПКМ и РПГ, тоже разовые. Из ПКТ стреляли по 15 патронов, до этого немного учили баллистику, снос по ветру, отклонение, но немного. Стреляли как из ручного режима, так и с привода — зависело от «бэхи», какая достанется. Там же отрабатывали нормативы на экстренное покидание машины, вынос раненого, посадку на места.

На Гороховецком полигоне за нас из пушек БМП-2 стреляли сержанты, только в последние стрельбы дали самим, да и то не всем. Тоже из ручного режима и с пульта-«чебурашки». На последних стрельбах досталась «бэха» с неработающей «чебурашкой», поэтому стрелял с механизма. И, естественно, чистили пушки, обслуживали машины.

Почему за нас стреляли и нам не давали? Да просто боялись нас. Например, экипаж одной БМП-2, прибывший на стрельбы из войск, а не местный, учебочный, как-то перепутал мишени и прошёлся очередью по боевой машине на соседней директрисе. Наша «бэха» в это время отрабатывала упражнение «стрельба в движении». Снаряды прошли по касательной, не пробили броню.

В целом, в учебке чему-то учили, не сказать, чтобы интенсивно и совсем добротно, но при желании нахвататься можно было. Как причину того, из-за чего учили, могу предположить, что в мотострелковых войсках на тот момент служило ещё очень много офицеров с боевым опытом Чечни. «Ковёр» (467-й ОУЦ) ещё был сориентирован на подготовку бойцов именно туда, хотя уже на момент моего появления интенсивность подготовки снизилась.

В войсках, как уже писал, попал на рабочки. Дивизия проводила раз в год учения, по два полка в них участвовало. По идее, каждый срочник должен был через них пройти. Но я же годичник, и в этот год задействовали не наш мотострелковый полк, а 254-й, с 238-м танковым полком. Так что просто три месяца на полевом выходе копали окопы, траншеи чистили блиндажи, ну и так далее. Из полезного только узнал от сослуживца порядок неполной разборки РПГ и всё, что по моей специальности необходимо. А так, старший призыв рассказывал, что месяц перед учениями их готовили, стреляли там от души, да и сами учения насыщенные обычно. После учений межсезонье, а там и запас.

Да ещё про учебку, чтоб было понимание. Нас по ротам раскидывали на основе прохождения тестов. В итоге в нашей первой роте была четверть солдат с вышкой, половина после техникумов или с неполной вышкой, остальные с полной школой. Все проверки полка — рота во внеочередном большом наряде, показательные занятия — опять первая рота. Ну и по собственным наблюдениям у нас был лучший порядок в полку, действительно.

Если же про других, то... Знаю, что у других рот в первом батальоне подготовка велась, но как и что не скажу. Точно знаю, что у наводчиков из 2-го батальона занятия по тактике проводились один или два раза и стрельб из автомата было мало, а положено-то как у нас. Только количество выездов на полигон вроде совпадало. Да, если вспомнить, то видимо на первый батальон и был упор в подготовке, а в нём на первую роту.

В войсках у нас 2-й батальон в полку был контрактным, постоянной готовности, ребята оттуда рассказывали, что с ними проходили учения временами.

Комментарий: очередное подтверждение у рассказчика, служившего до перевода с дивизионной на бригадную структуру Сухопутных войск о том, что до реформы в основном боевыми делали первые батальоны, первые дивизионы. Об этом же рассказывал танкист, служивший в 2008-2009 гг. на Кавказе — только первая танковая рота выезжала на мероприятия боевой подготовки, а вторая и третья занимались хозработами.

Рассказчик-морпех из 55-й дивизии морской пехоты также рассказал о похожей проблеме с боевой подготовкой в 2007-2009 гг. — только десантно-штурмовой батальон занимался, как положено, а в линейных батальонах и некоторых артиллерийских дивизионах в основном рабочки.

Из наблюдаемого можно сделать интересное предположение: до 2008-2010 гг. боевая подготовка из-за наличия большого количества офицеров с опытом Чечни и отсутствия запретов на проведение некоторых видов упражнений ради борьбы с травматизмом личного состава могла в некоторых подразделения находиться на уровне качества, превышающем уровень боевой подготовки в 2010-2015 гг. ... Но это лишь 1/3 от имевшейся численности, если не меньше. Прочие же, кто занимался рабочками, также совершенно правы, что до реформы занимались чем угодно, только не боевой подготовкой.

Однако грусть-печаль в том, что вместо плавного увеличения количества компетентных офицеров в имеющейся дивизионной структуре, вовлечения вторых и третьих батальонов в мероприятия боевой подготовки, реформаторы... сократили дивизии до бригад, сократили вдвое офицерский корпус (с 355 000 до 142 000 в 2011 г.). Добавим сюда закрытие набора в военные училища в 2009-2012 гг. Из-за всего этого в 2010-2015 гг. по сути ничего не поменялось — компетентных офицеров могло накопиться примерно также 1/3 или меньше от полного штата, поэтому в 2014 году пришлось формировать батальонно-тактические группы (усиленные батальоны). В мотострелковых бригадах, по факту, боеготовыми можно было назвать только разведроты/разведбат, 1-й батальон (на его основе делали БТГр), по одной батарее из артиллерийских дивизионов, одну роту из танкового батальона. Лишь к 2020 году ситуация кое-как качественно улучшилась.

И всё же 2014-й мотострелковые войска ВС РФ встретили в 1/3 (если не меньше) готовности.

2.2. Как вы оцениваете мероприятия боевой подготовки в ополчении?


— Ополчение. Попал туда через семь лет после срочной. Здесь надо вывести два блока. Во-первых, про то, что полезного пригодилось, второе, какой опыт был получен.

Во-первых, пригодилось знание матчасти. Про АК понятно, РПК тоже. Первым делом, получив РПГ-7, попросил гуманитарщиков, с которыми был накоротке, «Наставление по стрельбе из РПГ-7». Его я видел по службе, учил в войсках сведения из баллистических таблиц, но понятно, что мало уже помнил на тот момент.

В первой группе, куда попал, народ ещё смеялся, что я, мол, по книжкам воевать собираюсь. Но они все вообще без опыта службы на тот момент оказались. Потом, когда у нас командир решил стать «war-лордом», а мой РПГ-7 сдали обратно в «Зарю», осталась вторая «труба». Осмотрев её, указал на неисправность — механизм взведения не работал. Отдали в оружейнику из батальона.

Зато нам выдали ПКМ. Отжал его сразу себе, потому что бывших пехотинцев в новообразовании ополчения не имелось в наличии, из-за чего общественность смотрела на пулемёт, как на диковинку. Разобрал (от ПКТ не сильно отличается), почистил от смазки, набил ленты, долго набивал. Новоиспеченный «war-лорд» забыл выбить от оружейников машинку Ракова для ускорения зарядки, офицер-десантник называется. К нему вообще много было вопросов. Сразу задал их на новой базе: что делать и куда бежать в случае боя, где моё штатное место. Ответов долго не получал. Потом вроде как-то обговорили. Со скрипом добился, чтобы он выбил дополнительные ленты, раз нет машинки, чтобы все имеющиеся патроны забить.

Второе, самое полезное из срочки на войне — это понимание дисциплины и знание основ караульной службы. Вот с этим в ополчении реально проблемы были.

Потом, когда мне имитация деятельности той группы надоела, ушёл в пехоту, на активный боевой участок. Там в роте требовался АГСник, каковым я и записался. Три дня разбирал-собирал АГС-17, набивал ленты. Дали отстрелять «улитку», в рамках подготовки тоже раздобыл наставление, учил во время обстрелов. Дружил с нормальной разведкой батальона, пару раз побегал с ними во время своих увольнительных, тоже кое-чему обучили про оружие, с ПТУРами тоже они показали как работать правильно, про «горку» и всё такое. В роте научили полную разборку АК делать. Обслуживание оружия в слякоти вообще специфическая дисциплина. Опять же, как передвигаться по простреливаемому участку и как правильно вести наблюдение я тоже узнал. Насколько это оказалось полезно не знаю, но вот сижу и пишу сейчас. Умение слушать воздух, чтобы услышать вражескую арту или миномёты — это отдельная тема, это надо пережить самому, на срочной не научат. Рефлексы тоже не поставишь так, по другому начинаешь думать и работать. Предлагали в ополчении остаться и уйти на «бэху», но война закончилась, я не захотел. Вот в отношении БМП как раз был не уверен по запасу навыков с учебки или нет.

2.3. А что по поводу боевой подготовки на контракте?

— Здесь будет больше эмоций.

Первое что меня поразило — это толстый ротный. Ну не мог во время моей срочки ротный быть толстым! Как он с ротой марш-бросок побежит? Потом я увидел толстых контрактников и ещё больше выпал. Правда их немного, но пехотинец не может быть толстым по определению. Мне ещё в учебке в голову вбили, что главное качество пехоты — это выносливость. Физо подразделения вообще сильно просело по сравнению со срочной службой. На сроке мы постоянно бегали, по причине и без оной, много висели на турниках.

Вторым открытием стали стрельбы ради стрельб, то есть тупой отстрел боекомплекта куда-то туда... Конечно, отстреливали много, но это ничего не даёт, совсем ничего, если не выполнять учебные и контрольные стрельбы по предложенным в наставлениях правилам.
Водителей и наводчиков боевых машин действительно учили.

Бесконечные смотры ещё стали новостью. Стоишь по полдня в полной выкладке. Ну хотя бы часть ребят я научил правильно надевать снарягу. Немного тактических занятий застал — так себе занятия. И учебные тревоги несколько раз, с выходом к парку техники.
Месяц проторчали в антитерроре. Там даже благодарность заработал — прихватил пулемётчика вместе со своим помощником, занял правильную позицию, а не ту на которую мне указали. Проверка из штаба полка это заметила.

А в основном же мы занимались уборкой территории, починкой полигона... да, это полностью контрактная часть постоянной готовности.
Здесь ремарку сделаю. На контракт пошёл после ополчения, знал, что один батальон этой бригады стоял в ЛНР, но к моменту подписания контракта в 2015 году их уже вывели, так что желание служить упало. А потом мне место в аспирантуре предложили, по прежней на тот момент и нынешней сейчас работе. В итоге свалил всеми правдами и неправдами. Из бригады потом народ в «песочницу» отправляли, говорят, что натаскивали перед этим, как и перед «выходом за ленточку». Наверное, съездил, если бы остался.

Из плюсов на контракте можно отметить, что снаряжение и экипировка явно стали лучше. Курсы гранатомётчиков появились, на которых даже стреляли и более того учили стрелять правильно, но вместо недели они шли три дня. Кстати, на этих курсах гранатомётчиков в 2015 году имелся целый альбом распечаток бронетехники «западных партнёров» с уязвимыми местами — в первый день мы их как раз изучали. Ещё при желании можно было попасть на курсы внештатных сапёров или химиков, но к тому моменту я уже решил валить, так что не пошёл.

2.4. Вы упомянули марш-бросок. Как он проходил? Это забег в экипировке на расстояние — какое? Или пеший марш?

— В учебке марш-броскок не совершали, просто много бегали по весне и тренировались на турниках. В войсках попал один раз на него. Не повезло — замполит батальона заступил ответственным в воскресенье, а он любитель принципа, «если праздник, то спортивный, если отдых, то активный». Семь километров пробежали и прошли, сменяя бег и шаг. На себе надета каска, бронежилет, снаряжение, включая сидр, без оружия. Старший призыв рассказывал, что бегали и с оружием, просто в этот раз что-то не сошлось.

Опять же, насколько плановым являлся марш-бросок, не знаю точно, ведь вне полей в учебный период я пробыл в полку только месяц. Говорили, что один-два раза в месяц бегали марш-бросок обычно, весной и летом.

Пеший марш во время учений в полной выкладке совершили, километров на 20 где-то. Целый день шли, до полигона на смотр и обратно.

2.5. Тренировались ли на БМП-2 в пуске ПТУР, хотя бы на тренажёре?

— Да, на полигоне в Гороховце нам показывали, как снимать установку, ставили макет ПТУРа, затем показывали куда смотреть и что нажимать. Но о специфике применения и приёмах работы не сообщили. Узнал гораздо позже от спецов и в совершенно другом месте.

2.6. Вообще, замечу, что описанное про учебку в Коврове середины 2000-х меня даже приятно удивило, поскольку ничего подобного мотострелки после 2008 года не рассказывали в принципе.

Например, пулемётчик из 138-й гв. омсбр на Карельском перешейке (2013-2014) рассказывал, что «жгли боеприпасы» на стрельбах много, но устройство пулемёта пришлось учить самостоятельно. И время, как ни парадоксально, выделять под чистку оружия, поскольку на занятиях после стрельб его не оставляли.

Мехвод БМП-2, пройдя учебку в Коврове в 2015 году, большую часть знаний и навыков получил в войсках, в полку Кантемировской дивизии.

Наводчик пулемёта Корд на «мотолыге», контрактник (!) из 138-й гв. омсбр (2017-2019) сказал, что пулемёт изучал благодаря товарищам, а не на занятиях. И автомат изучил по видосам с Ютуба.


— Не, ну это дно. На самом деле, по моим воспоминаниям в батальоне служил очень адекватный зампотех (тот самый, что гранату успел выкинуть), он с нами пару занятий провел по ПКТ и 2А42. Да и остальные офицеры показывали, если была необходимость, но в основном всё знали сержанты.

У меня пара знакомых служила в 3-м батальоне, в котором учились мехводы. Они сдавали марш на 100 км по окончанию учебки (по их словам). Точно могу сказать, что умели водить БМП после учебки, это я уже лично наблюдал. Правда, их нещадно лупили при обучении.

3. Проводились ли за время службы стрельбы из стрелкового оружия? Как вы оцениваете качество обучения стрелковой подготовке — приводилось ли ваше оружие к нормальному бою, тренировались ли вы в упражнениях на прицеливание с командирским ящиком, как часто стреляли и сколько выдавалось патронов на обычную стрельбу?

— За срочную службу стрелял один раз на КМБ, три патрона и в учебке — на протяжении трёх месяцев раз в неделю (на одной неделе получилось даже два захода на стрельбище, дневные стрельбы и ночные).

Выдавалось 45 патронов на упражнение, временами давали 60, но редко, не знаю от чего зависело. Из этих трёх месяцев мы не посещали стрельбище только из-за предпарадной недели, а также ещё вроде на Гороховецкие выезды как-то накладывалось.
В войсках не стрелял.

Оружие проверяли офицеры перед стрельбами, с приборами. Не каждый раз, но так как стреляли из одних и тех же автоматов, то этого хватало. По крайней мере я знал, что такое приведение оружия к нормальному бою. Перед началом стрельб мы в течении месяца, два раза в неделю, ходили в учебный класс, где с помощью лазерной насадки отрабатывали удержание и наведение на цель автомата. Сержант из учебного класса следил, сидя за монитором, чтобы при щелчке спускового механизма лазер находился по центру мишени.

На стрельбах первые два месяца стреляли одиночными, потом перед контрольными занятиями стали учиться стрелять короткими очередями.
Качество подготовки считаю удовлетворительным. То есть я под конец учебки был способен увидеть цель и послать по ней ряд очередей с вероятностью накрытия. Можно было бы и большему научиться, если бы как положено тренировочные стрельбы с упражнением шли два раза в неделю.

4. Запомнились ли вам какие-то эпизоды из службы, связанные с боевой подготовкой?

— Да, как и у всякого, ха-ха.

История про корову. Шли стрельбы из пушек БМП на полигоне, я в это время участвовал в разборке и чистке отстрелявшей пушки, рядом с наблюдательным пунктом. И тут доноситься дикий мат наблюдателя. Так ругались, когда нашу БМПшку соседи задели. На НП поднимается дикая суматоха, стрельбы прекращают, один из наших ребят, из тех, что на связи сидели, сбегает с лестницы, несется в сторону «Урала». Стрельба тем временем прекращается. «Урал» уезжает к мишеням. Возвращаются минут через десять, товарищ вылезает весь в грязи, вслед за прапором, старшим машины, и хохочет. Говорит, корову подстрелили, она аккурат за мишенями бродила — разорвало почти на две части от очереди из 2А42. На следующий вечер на ужин подали очень мясной бигус. Часть на полигоне была небольшая, а из постояльцев только наша рота вроде присутствовала. Председатель колхоза, говорят, приходил в тот день, спрашивал про корову. У нас командование отнекивалось. Председатель обещал в суд подать, не знаю чем в итоге закончилось.

История про отстрел лишних патронов. В апреле в учебке появились допризывники из местного техникума. Маршировали в кепках, автоматы собирали-разбирали и так далее. У них занятия в нашей роте с оружием проводились, в общем забавно за этим с позиции солдата наблюдать. В последний день их пребывания в полку у них должны были провести стрельбы из автоматов. Привозят их на «Урале» на полигон, они сидят ждут очереди, когда автоматы дадут. И в этот же день стрельбы с метанием гранат проводили у нас. Тут же тренировалась разведка, тропу разведчика проходили. Рядом снайпера занимались, тоже стреляли. И мы, пехота, стреляем в полной выкладке, гранаты учебные кидаем. Не знаю специально так устроили или совпало, но картинка для пропаганды на допризывников лучше не придумаешь. Подошла очередь нашей команды стрелять, выдают нам магазины набитые уже, по три штуки — два полных, один наполовину. Это много — для выполняемого УКСа два-то перебор, а тут... Но командир второго взвода смеётся: «Берите, пока дают». Отстреливаемся, последний магазин просто длинной очередью выпускаю, потому что надоело. Рота заканчивает стрельбу, строимся, чтобы идти на метание гранат. Прибегает к пункту боепитания военрук от школьников, а лейтенант «лавочку» закрывает. Военрук к нему: «А как же мои?». Взводник разводит руками, мол, патроны закончились, мне только на роту выдали. И уходит с нами. Военрук позвонил начальству, стал качать права. Взводника потом кэп на плацу материл на чём свет стоял, ибо отстреляла наша рота боеприпасы допризывников, а военрук оказался товарищем кэпа. Но ребята хоть на армию посмотрели, такую, какой она должна быть. Да и я сам такое тоже только один раз видел, именно на тех стрельбах.

История про пожары. Это уже в войсках произошло, в полях. Сводили мы для показательных укреплений лес, до которого могли дотянуться. Лесхоз, в который территория нашего полигона входила, выкатил приличный счёт нашей дивизии, в суд опять же грозились подать. Но тут начались сезонные пожары... Нас всех, кто был на полигоне, кинули на тушение. Копали полосы, закидывали землей. В итоге отозвал лесхоз иск, даже благодарили.

Ну и про сами учения история. Поварята на полигоне считали себя высшим обществом — продукты же через них проходят, высокомерные донельзя. Когда мы на сами учения собирались, стояли уже в полной выкладке, прибегают к нам, значит, эти поварята. Стали автомат клянчить подержать, сфоткаться, мол, за службу только на присяге его видели. Не помню, чтобы кто-то им передавал своё оружие — все послали подальше.

А, и про военного атташе. Учения тогда устраивали редко, а у нас не просто учения, а дивизионного уровня. Понаехало множество военных консулов и атташе, всех расцветок кожи и мундиров. Один из парней из третьей роты попросил у кого-то из американской делегации сигарету прикурить — захотелось американских сигарет настоящих попробовать. ФСБшник его забрал, статью за измену Родине ему обещали. Мол, информацию секретную передать хотел — старший стрелок из мотострелковой роты, ага. Выпустили его через дня три. Скорее припугнули, чтобы остальным неповадно было.

Физическая подготовка

1. Занимались ли вы спортом до армии? Имелись ли спортивные разряды? Готовились ли физически к срочной службе, как именно?

— В тренажёрку ходил временами, в баскетбол играл, за год до армии на рукопашку пошёл, просто для себя — год прозанимался.

2. Каким образом проходили занятия по физподготовке? На какие нормативы вас готовили — подтягивания, бег 100 м, 1 км и так далее?

— Интенсивную физподготовку проводили на КМБ: обязательная зарядка, несколько раз в неделю спортмассовые мероприятия, общая физподготовка. Старшину на КМБ нам поставили из разведроты, поэтому в пары по физо включал отработку ударов. Больше за срочку элементы рукопашки не отрабатывали.

В учебке поначалу зарядку не проводили, как и спортмассовых. Зимой снег в это время убирали, да практически всё время убирали, кроме занятий. Ближе к весне началась зарядка, тоже стандартная: пробежка и общая гимнастика. Иногда устраивали отдельные занятия по физо, тоже просто бегали, подтягивались. Нормативы под конец учебки сдавали — бег, подтягивания.

В войсках зарядку проводили всё время, кроме учений и недельной рабочки, когда спортгородок строили. Состояла из разминки и бега на 3 км. Кроме этого регулярно посещали занятия по физо, несколько раз в неделю, опять же кроме полей.

Под конец срочной службы подтягивался 16 раз, перед службой 8. Скорее всего из-за того, что килограммов 20 сбросил за год. Бегали вообще очень много, была даже поговорка о том, что пехота передвигается либо бегом, либо строевым шагом. Даже на рабочку, если вёл офицер, отдавалась команда, вроде «Десантники французского иностранного легиона высадились в такой-то точке, задача нашей роты прибыть в эту точку и отбить данный пункт». Причем так заведено было и в учебке, и в дивизии. Как уже говорил, после полей попал на межсезонье, когда проводилась только физподготовка более менее регулярно, от ответственного по роте офицера зависело.

На контракте зарядка проводилась эпизодически спортивными офицерами, когда этим заставляли заниматься. Обычно состояла из разминки и бега на 1 км, не больше. Подготовка к сдаче нормативов проходила периодически, но без особого огонька.

3. Как именно проходили спортивные праздники, если их устраивали — футбол, волейбол, борьба, «качалка»?

— Спортмассовые в учебке ограничивались футболом по выходным. В войсках однажды провели марш-бросок, про который рассказал выше. Второй раз замполит батальона был в хорошем расположении духа и мы просто ушли на турники, там занимались. Именно занимались — старший призыв следил чтоб мы тренировались, а они сами все упражнялись.

На контракте устраивали спортмассовые пару раз, тоже футбол по желанию. В роте оборудована была качалка небольшая.

Народ сам занимался, кто энтузиаст. Многие бегали по вечерам. Я тоже, если рабочки тяжелой не было, днём по будням пробегал несколько кругов вокруг плаца, около 3 км. Гири поднимал время от времени, но это с гражданки уже привычка — товарищ подсадил на гиревой фитнес года за три до этого. До сих пор вне сезона для поддержания формы занимаюсь.

По личным наблюдениям могу сказать, что все эти спорт-офицеры ничего толком не дают. Если ротный поставит физподготовку в роте, то всё хорошо, если нет, то и спорт-офицер не поможет. Так... лишний механизм. На срочке не слышал про них, а с физподготовкой в подразделении дела обстояли неплохо. Как бы сказать, стало больше формальности что ли и меньше энтузиазма, во всем практически.

4. Входили ли в систему физ.подготовки специальные упражнения, например, имитирующие перенос ящиков со снарядами? Изучались ли приёмы рукопашного боя без оружия, удары автоматом (штыком, магазином, прикладом)?

— Нет каких-либо специальных упражнений не помню. Бег, турники — выносливость это наше всё, здесь я по опыту уже нынешнему согласен.
Что касается полосы препятствий, то только на КМБ в учебке пару раз порывались пройти, но дело не дошло. А в войсках шла стройка грандиозная в полку в то время, его готовили к полному переводу на контракт, так что старую полосу снесли, а новую сделать на тот момент не успели. На контракте про неё не слышал даже.
________________________

Продолжение в части №2: повседневная служба и неформальные взаимоотношения между военнослужащими


Tags: Армия, общество
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments