November 27th, 2018

Авиаконструктор И. Сикорский и монархический десант в Советскую Россию

Некоторое время назад была написана заметка «Как связаны Николай II, Мурманск и авиация», в которой обзорно рассказывалось в том числе о развитии авиации в дореволюционной России. Наиболее плодовитым русским авиаконструктором стал Игорь Сикорский, которому принадлежит бомбардировщик «Илья Муромец». Вряд ли я мог представить несколько дней назад, что совершенно случайно найду захватывающее продолжение для той заметки. Оказывается, И. Сикорский задумал авиадесант монархистов-эмигрантов в Советскую Россию! Хотите узнать, что было дальше? Пролистайте чуть ниже ;-)

Игорь Сикорский


Бомбардировщик «Илья Муромец»


Collapse )

Депутат Поклонская об И. Папанине: «...рождён на фабрике большевистской пропаганды»

В ходе битвы в голосовании «Великие имена России» за Николая II уже агитируют не только публицисты, вроде Холмогорова, но и депутат ГосДумы Н. Поклонская, а также хозяин телеканала «Царьград» К. Малофеев.

Н. Поклонская позволила себе следующий комментарий по поводу Героя Советского Союза И. Папанина и Дважды Героя Советского Союза Б. Сафонова:



Специально для гражданки Н. Поклонской я нашёл хорошую, подлинно историческую статью с оценкой масштабов красного террора. Отрывок, посвящённый ситуации в Крыму:

До сих пор одним из самых острых вопросов являются репрессии в отношении военнослужащих армии Врангеля, плененных в Крыму в 1920 г. Благодаря белоэмигрантским оценкам и постсоветским изданиям их масштаб оценивается как чрезвычайно крупный — так, эмигрант Б.Л. Солоневич писал о 40 000 расстрелянных только за первые три месяца, а С.П. Мельгунов, охотно цитирующий рассказы очевидцев и белоэмигрантскую прессу, привел совершенно фантастические оценки в 50, 100 и 150 тыс. чел. Те же цифры часто приводятся и сейчас[17]. Увы, эти события до сих пор не становились предметом фундаментального исследования. На данный момент о них есть лишь отрывочные данные. Так, в книге «Последняя обитель», в которой приведены отчеты о расстрелах пленных офицеров и жандармов, насчитывается 4 534 расстрелянных. Из них в Симферополе — 2 065, Керчи — 624, Феодосии — 550, Севастополе — 53, Ялте — 810, Евпатории — 153, Бахчисарае — 24, Джанкое — 255[18]. Другие опубликованные документы несколько повышают эту цифру. Так, опубликован доклад начальника Особого отдела 9-й дивизии П. Зотова, в котором из зарегистрированных в Феодосии белых в числе 1 100 чел. расстреляно 1 006 человек, отпущено 15 и «отправлено на север» 79. В Керчи задержано 800 чел., расстреляно около 700. Все расстрелянные относились к офицерам, военным чиновникам и полицейским чинам. Далее Зотов собирался начать регистрацию «бежавшей с севера буржуазии», предполагая «расстрелять в обоих городах до 100 человек»[19]. Также опубликовано постановление о расстреле 28 ноября 1920 г. в Джанкое 320 офицеров[20]. Это повышает число расстрелянных до 5 131 чел. Подчеркнем, что основные репрессии против белых офицеров производились именно Особыми отделами, так как местные ЧК окончательно смогли организоваться только к весне 1921 г. Их деятельность была направлена в основном против бандитско-уголовного элемента и вскрытых контрреволюционных организаций местной антисоветской интеллигенции. Как показывает отчет КрымЧК за 1921 г., всего ею был расстрелян 441 чел. Из них: за контрреволюцию — 128 чел, за принадлежность к антисоветским партиями — 18, за шпионаж — 4, за должностные преступления — 44, за спекуляцию — 2, уголовников — 18, бандитов — 227 чел[21]. Расстрелы на полуострове в связи с эвакуацией основной части врангелевцев вообще не могли продолжаться долго. Поэтому можно вполне обоснованно предполагать, что количество расстрелянных в Крыму в 1920–21 гг. — от 5 до 12 тыс. чел. Стоит также подчеркнуть, что ситуация в Крыму была исключительной, так как аналогичной по масштабам волны репрессий против пленных армий Деникина и Колчака не проводилось.

17. Солоневич Б. Л. Молодёжь и ГПУ: Жизнь и борьба советской молодёжи / обл. Ю. И. Солоневича. София: Голос России, 1937. С. 53; Мельгунов С.П. Красный террор в России. Нью-Йорк, 1979. С. 66-70. Волков С.В. Трагедия русского офицерства. М., 2001. СС. 317, 384, 398-399, 471.

18. Абраменко Л.М. Последняя обитель. Крым, 1920-1921 годы. Киев: МАУП, 2005.

19. Русская военная эмиграция 20-х — 40-х годов. Документы и материалы. М. Гея. T.1. 1998. CС. 234-236.

20. Реабілітовані історією. Харківська область: Книга перша. Ч.1 Киев, Харьков: Оригінал, 2005. С. 61.

21. Из годового отчета КрымЧК за 1921 г. // Реабилитированные историей. Автономная республика Крым: Книга первая. Симферополь: ИПЦ «Магистр», 2004. СС. 53-59.

Фрагмент воспоминаний И. Папанина о его работе в Крымском ЧК



Так как монархисты непрерывно льют грязь на И. Папанина, подготовим для них воспоминания самого Папанина о периоде его службы в Крымском ЧК. Перед личными воспоминаниями рекомендую ознакомиться с контекстом из вот этой статьи. Будут понятнее условия.

«Служба комендантом Крымской ЧК оставила след в моей душе на долгие годы. Дело не в том, что сутками приходилось быть на ногах, вести ночные допросы. Давила тяжесть не столько физическая, сколько моральная.

Важно было сохранить оптимизм, не ожесточиться, не начать смотреть на мир сквозь чёрные очки. Работники ЧК были санитарами революции, насмотрелись всего.

К нам часто попадали звери, по недоразумению называвшиеся людьми. Были такие головорезы, которым ничего не стоило просто так, скуки ради, убить человека, даже малое дитя. У иных насчитывалось десятки «мокрых» дел. Разговор с ними был короткий: следствие, суд — и к стенке. В наши сети попадали и белогвардейцы, ушедшие в подполье, и мародёры, и спекулянты, и контрабандисты, и шпионы.

Опыта же у меня, как и у многих работников ЧК, никакого. В ЧК рекомендовала меня Розалия Самойловна Землячка. Было это в ноябре 1920 года. Когда меня вызвали в кабинет секретаря обкома, кроме Розалии Самойловны там находились М. В. Фрунзе и ещё один незнакомый мне человек в военной форме.

— Товарищ Папанин, — сказала Землячка, — вы направляетесь в распоряжение товарища Реденса и назначаетесь комендантом ЧК. Познакомьтесь.

Военный протянул мне руку:

— Реденс, уполномоченный ЧК по Крыму. Я взмолился:

— Розалия Самойловна, никогда я не работал на такой работе! Не справлюсь!

Collapse )