ilya_prosto (ilya_prosto) wrote,
ilya_prosto
ilya_prosto

Categories:

Как атаман Краснов Казакию создавал. Часть 8.



Часть 1.
Часть 1.2.
Часть 2.
Часть 3.
Часть 4.
Часть 4.2.
Часть 5.
Часть 6.
Часть 7.

Седьмая часть разбора книги П. Краснова «Всевеликое Войско Донское» раскрывала тему создания под немецким контролем Южной «русской» армии из представителей неказачьих сословий. В нынешней, восьмой части, речь пойдёт о первых контактах атамана Краснова с представителями Антанты поздней осенью 1918 года, уже после поражения Германии в Первой Мировой войне и начала отступления их войск с территории бывшей Российской империи.

Напомним, что к концу лета 1918 года Советская Республика находилась в кольце врагов, занимала наименьшую площадь в новейшей истории. С севера её зажимали англо-канадско-американо-французские интервенты и местные белые, на востоке образовалась власть КомУча, в Средней Азии боевые действия шли с местными белогвардейцами, кочевниками и английскими войсками, на Кавказе шла этническая резня, постольку-поскольку разделённая на политические ориентации, на Кубани, Дону и Украине действовали местные сепаратисты, а с запада территорию контролировали немецкие и австрийские войска.

Поражение Германии в Первой Мировой войне привело к обесцениванию Брест-Литовского мирного договора, Красная Армия начала отвоёвывать занятые территории. Но вчерашние союзники по Антанте всего лишь заменили немцев собой. Они выращивали против республики Советов польское националистическое государство, поддерживали по возможности все антибольшевистские силы, включая сепаратистов на Дону. Проблемами Антанты были привязанность к портам и накопившаяся усталость от войны, из-за чего воинские контингенты были присланы небольшие и легко поддавались на пацифистскую пропаганду со стороны красных сил. Поэтому основную ставку бывшие союзники сделали на поставки вооружения, техники и ресурсов для белых сил в России. Параллельно потихоньку осуществлялся вывоз ценного сырья, оборудования с предприятий, находившихся до революции в собственности англичан, французов, американцев и др. иностранных граждан.

В таких условиях Советская Республика встречала самую тяжёлую осень Гражданской войны — осень 1918 года. В сепаратистской Казакии 1.0 тем временем поняли, что «дело пахнет керосином», объёмы немецкой помощи стали стремительно сокращаться, поэтому вчерашние немецкие марионетки постарались наладить контакты с Антантой до того, как про них расскажут эмиссары генерала Деникина, преданного союзника англичан и французов.

Часть восьмая. Первые контакты с Антантой.

Вопрос: когда и как состоялся первый контакт между союзниками и сепаратистами с Дона?

Ответ: При первом же известии о событиях в Болгарии атаман поручил находившемуся в городе Яссах по делам снабжения предметами артиллерийского довольствия генералу барону Майделю войти в связь с союзниками и нащупать почву для сношения с ними. Известия от барона Майделя были получены самые благоприятные. Союзники вполне благожелательно относятся к Донскому войску, считают, что сношения и связь его с германцами были вызваны обстоятельствами, но не изменой и предательством, наконец, союзники при первой же к тому возможности помогут Дону и Добровольческой армии оружием и живой силой. Союзникам нужна точная ориентировка о том, что происходит на Дону и чем они могли бы помочь Донскому войску и его атаману в борьбе против большевиков. Наконец, союзники стоят на том взгляде, что Россия должна быть восстановлена в прежних границах 1914 года, за исключением Польши, то есть должна быть «великая, единая и неделимая».

Лучшего ответа атаман не мог ожидать.

(Пётр Краснов, «Всевеликое Войско Донское, глава 12)


Комментарий: Отличительная черта опытных колониальных дипломатов — ставка на все силы, которые противостоят их противникам. В данном случае, правительство Ленина, вся Советская Россия и идея коммунизма вставала поперёк планов Антанты по увеличению своего влияния на территорию распавшейся Российской империи. Привычка ставить на все сильные карты достойна особого рассмотрения, как искусного дипломатического приёма.


Вопрос: кто входил в посольство сепаратистского Дона к союзникам?

Ответ: 6 ноября [по старому стилю] атаман снарядил Зимовую станицу, то есть посольство, в лице двух горячих донских патриотов генерал-майора Сазонова и товарища председателя Большого Круга, бывшего председателя «Круга спасения Дона» полковника Янова. Лица эти были назначены официальными представителями Войска Донского перед державами Согласия. Они должны были передать письмо на французском языке генералу Франше д’Эспере, командовавшему союзными войсками на востоке, и копию этого письма посланнику русскому в Румынии С. А. Поклевскому-Козелл. К письму этому был приложен изданный донским атаманом 22 мая 1918 года политический меморандум под названием: «Декларация Всевеликого войска Донского».

Генерал Франше д’Эспере


«Декларация Всевеликого войска Донского»

«Всевеликое войско Донское, существующее как самостоятельное государство с 1570 года и входящее в состав Российского государства, как нераздельная его часть с 1645 года, во все времена и годы было верным сыном державы Российской и таковым оставалось и после революции, стремясь вместе с Временным правительством довести страну до Учредительного собрания, на котором предполагалось установить образ государственного устройства и дальнейшие свои отношения к Российскому государству.

Большой Донской Круг и выбранный им Атаман Каледин не могли признать власть народных комиссаров за истинную и правомочную власть и отшатнулись от Советской России, ставшей игрушкой в руках безумцев большевиков и авантюристов и, провозгласивши себя самостоятельной Донской демократической республикой, вступили на путь борьбы с Советской властью.

Жертвою этой борьбы пал Атаман Каледин, и Кругом атаманская власть была передана Атаману Назарову. В неравной борьбе с мятежными казаками и большевиками погиб мученической смертью на своем посту доблестный Атаман Назаров, и власть Атамана временно перешла в руки походного Атамана Попова.

Мужеством и энергией донского казачества и его вождей и руководителей Войско Донское освобождено от большевиков, и «Кругом спасения Дона» я выбран 17 сего мая (нового стиля) Донским Атаманом с предоставлением мне впредь до созыва Большого Круга чрезвычайной власти, в основных законах указанной.

Объявляя об этом, я прошу Вас, милостивый государь, передать Вашему Правительству, что:

1) Впредь, до образования в той или иной форме Единой России, Войско Донское составляет самостоятельную демократическую республику, мною возглавляемую.

2) На основании ранее, 21 октября 1917 года, при Атамане Каледине заключенных договоров Донская республика, как часть целого, входит в состав «Юго-Восточного союза» — из населения территорий Донского, Кубанского, Терского и Астраханского казачьих войск, горских народов Северного Кавказа и Черноморского побережья, вольных народов степей юго-востока России, Ставропольской губернии, Черноморской губернии и части Царицынского уезда Саратовской губернии и обязуется поддерживать интересы этих государств и их законных правительств.

3) Относительно установления точных границ и торговых и иных отношений между Донским войском и Украиною ведутся переговоры, для чего послано посольство в лице Черячукина и Свечина.

4) Донское войско не находится ни с одною из держав в состоянии войны, но, держа нейтралитет, ведет борьбу с разбойничьими бандами красногвардейцев, посланных в Войско Советом народных комиссаров.

5) И впредь Донское войско желает жить со всеми народами в мире на основании взаимного уважения прав и законности и соблюдения общих интересов.

6) Донское войско предлагает всем государствам признать его права, впредь до образования в той или иной форме Единой России, на самостоятельное существование, и государствам, заинтересованным в торговых или иных отношениях, прислать в Войско, в его столицу Новочеркасск, своих полномочных представителей или консулов.

7) В свою очередь, Донское войско пошлет в эти государства свои Зимовые станицы, то есть посольства, для установления дружеских отношений.

Обо всем этом прошу Вас, милостивый государь, широко объявить с согласия Вашего Правительства всем гражданам Вашего государства. Донской Атаман генерал-майор Краснов»


Комментарий: Итак, что мы видим? Во-первых, бросается в глаза ловкость и изворотливость Краснова в политической игре. Если германскому императору он слал вассальное письмецо в духе феодальной зависимости, то с союзниками говорит на понятном им языке демократических ценностей. Даже документ назван «декларацией» и рекомендован к широкому распространению в странах Антанты через прессу. Отличный дипломатический ход для сепаратиста-приспособленца, т.к. жизнь красновской Казакии 1.0 напрямую зависела от иностранной помощи, чего бы там атаман ни писал.

Второе — это противоречия с самим собой, за которые можно поймать Краснова в который уже раз за книгу. Когда надо Краснов пишет, что войско Донское было «преданным сыном Державы Российской», но в начале книги, обращённой к потомкам, особенно впечатлительной эмигрантской молодёжи, которая продолжила борьбу с нашей страной и продолжает по сей день, Краснов говорит о том, что Дон страдал от русских, поэтому он противопоставляет «яркий донской национализм» по формуле «Дон — для донцов». И о стремлении вместе с Временным правительством довести страну до Учредительного собрания Краснов врёт, т.к. его выступление с Керенским было в виде похода отдельного казачьего полка из вооружённых сил Временного правительства на Петроград, в то время как на Дону начиналась Гражданская война совсем по другой причине — казачьи старшины стремились предотвратить распространение власти «русских»/иногородних/крестьянских комитетов, предлагавших переделить по-новому землю. Из-за этого начались центробежные процессы в Области. Краснов в тот момент имел отношение к Области Войска Донского лишь в роли очередного офицера казачьего сословия.

И про «демократическую республику» на Дону Краснов тоже врёт, т.к. мы с вами видели, что законодательной базой Казакии 1.0 стал свод законов Российской империи, а Круг спасения Дона передал всю власть в руки атамана, т.е. способствовал созданию диктатуры.

Самостоятельное существование Дона в составе конфедерации нескольких сепаратистских образований до момента образования новой Единой России — это тоже не более, чем уловка, т.к. в планы союзников объединения России не было. План был такой же, как и сегодня — раздробление на множество уделов, которыми легко управлять. Таким образом, Краснов очень ловко и изящно добивался признания Казакии 1.0 на длительный срок, осуществляя свою цель создания «яркой националистической» страны с сохранением сословного деления + квазиэтнического деления на «казаков» и «русских».


Вопрос: о чём писал атаман Краснов французскому генералу Франше д’Эспере, одному из лидеров войск Антанты в Черноморском регионе?

Ответ: В письме генералу Франше д’Эспере атаман коротко писал о постепенном освобождении Войска Донского от большевиков, о тех кровавых жертвах, которые при этом пришлось принести Войску, о причинах, побудивших его войти в сношения с Германией и написать письмо императору Вильгельму. Донской атаман указывал на то, что силы, борющиеся против большевиков — Донская и Добровольческая армии — в общем невелики, он писал, что без иностранной помощи Россию не спасти. Донской атаман указывал, что единое командование будет возможно осуществить лишь тогда, когда Добровольческая армия повернет на настоящее направление и пойдет на Москву. Наиболее желательными вождями для такого объединенного командования атаман назвал генералов Щербачева и Николая Иудовича Иванова.

Письмо атамана Краснова генералу Франше д’Эспере

«…Без помощи союзников освободить Россию невозможно, — заканчивал свое письмо атаман. — Помощь эта может выразиться в присылке снаряжения, оружия, технических средств борьбы, обмундирования и денег, тогда борьба затянется на один, на два года, или в присылке кроме этого еще 3-4 корпусов войск 90 — 120 тысяч, тогда в 3-4 месяца можно всю Россию освободить.

Советские власти ненавидимы русским народом, и русский народ ждет только толчка, чтобы свергнуть их. Красная армия труслива, подвержена панике и бежит даже от наших войск, численно раз в 10 меньших, нежели она.

Если назначить один корпус для освобождения Кавказа, один вверх по Волге на Царицын, Саратов, Самару, Пензу, Тулу и Москву, один на Воронеж, Рязань и Москву и один на Харьков, Курск и Москву, можно с уверенностью сказать, что только до Саратова, Воронежа и Курска придется идти походом и с боями — по взятии их Москва падет и дальнейшее движение примет характер триумфального шествия и торжественных встреч.

Украину временно придется занять иностранными войсками…

Было бы крайне желательно, чтобы теперь же опытные генералы французских, английских или американских войск прибыли бы в Новочеркасск, посетили бы со мною фронты, посмотрели бы войска, чтобы они могли бы составить правильное представление как о Донской армии, так и о самом характере борьбы с большевиками.

Из прилагаемого при сем правительственного сообщения Войска Донского от 22 мая сего года Вы усмотрите, что Войско Донское все время было верно идее Единой, Неделимой России и за свободу, и счастье ее только и борется, рассчитывая на сохранение за собою своих вечных привилегий и казачьих прав.

Податели этого письма, я это позволю себе еще раз повторить, являются вполне осведомленными и полномочными послами моими для переговоров с державами Согласия, на которых мы и теперь, как и всегда, смотрим, как на своих верных союзников, притом обязанных нам за помощь в 1914, 1915 и 1916 годах, когда мы, русские, помогли им своими победами в Пруссии и Галиции…» [из письма донского атамана С. А. Поклевскому-Козелл и генералу Франше д’Эспере от 6 ноября 1918 г.]


Комментарий: Как видите, в письме Краснов констатирует, что без иностранной помощи Белое Движение в России проиграет. И это утверждение прямо противоречит тезису «советские власти ненавидимы русским народом». Определитесь, атаман, у вас либо сильный, сплочённый противник, с которым вашему малочисленному воинству не справиться без помощи из-за рубежа, либо «русский народ ненавидит советскую власть», но тогда как на вас можно возлагать надежду, если со своими сепаратистами вы не можете обратить «гнев русских против вождей Большевизма»? Поэтому можно заключить, что Краснов не только врёт, но и говорит вещи, приятные союзникам, которые хотели бы услышать о «ненавидимом советском правительстве», ведь иначе представители Антанты просчитают риски и не будут ввязываться в авантюру.

Также мы видим, как «русский патриот Краснов» не только призывает ввести иностранные войска на территорию нашей Родины, но ещё даёт конкретные рекомендации по оккупации определённых районов.

Наконец, учитывая противоречие «яркого казачьего национализма» и требования особых прав, можно прохладно отнестись и к лжи о верности идее «Единой и Неделимой» России.

В заключении атаман Краснов, «яркий казак», писавший в начале книги о том, как душно ему и казакам с русскими, примазывается к победам в Первой Мировой войне. Вновь определитесь, Краснов, кто вы — «казак» или «русский»?

Генерал-майор Сазонов



Вопрос: как отнеслись союзники к посольству Краснова?

Ответ: Когда донские посланцы прибыли в Яссы, ясское заседание там уже закончилось. Генерала Франше д’Эспере в Яссах не было, и вместо него был генерал Бертело. У Бертело были уже готовые инструкции. В Версале было решено признать одного вождя, и этим вождем был заочно признан генерал Деникин. С ним шла слава кристальной чистоты и верности союзникам, он глубоко ненавидел немцев. Его агенты уже были при французском командовании. Они доложили об измене гетмана Скоропадского России, они нарисовали Донское войско полубольшевистским государством, руководимым немцами, не имеющим никакой армии, словом «quantite negligeable» [малочисленным (франц.)], а донского атамана как ставленника и клеврета императора Вильгельма.

Все это было высказано генералом Бертело на первом приеме Сазонову и Янову и встретило с их стороны горячий, страстный отпор. Может быть, слишком горячий и более страстный, нежели позволяли требования дипломатии. Были сказаны упреки по адресу Добровольческой армии, было сказано, что самым бытием своим Добровольческая армия обязана Донскому войску и немцам…

Расстались холодно, и дальнейшие переговоры прервались. Только благодаря глубокому такту генерала Щербачева и его примирительной политике через три дня генералу Сазонову удалось добиться вторичного свидания с генералом Бертело, на котором все шероховатости были сглажены и Дону была обещана помощь в одинаковой мере с Добровольческой армией.

Там же было выяснено, что Украина непременно вся будет занята иноземными войсками. Или союзники принудят оставить там германские войска, или Украина будет занята англо-французской армией. Помощь была обещана широкая, готовилась к перевозке на юг России вся Салоникская армия. От союзников веяло победой, и донские посланники вынесли то убеждение, что победители Германии сокрушат и большевиков. Относительно присылки на Дон своих представителей генерал Бертело высказался осторожно. Представители будут посланы в Новороссийск к генералу Деникину, на Дон же никого посылать не предполагается, так как Донское войско рассматривалось в Версале как часть Добровольческой армии.


Комментарий: Переводя на русский язык, союзники поставили одинаково и на Дон, и на Деникина, но главным всё же признали Деникина. Изящество, с которым француз Бертело переиграл посланцев Краснова, демонстрирует великолепную дипломатическую практику, когда за общими обещаниями и заверениями в дружбе скрываются истинные намерения.


Вопрос: какие действия на практике предприняли союзники для установления связей с Доном и какие надежды возлагал Краснов на совместные действия с ними?

Ответ: …Неприезд союзников на Дон, отсутствие их военных частей на фронте или хотя бы в тылу у казаков должно было окончательно подорвать силы казаков. А эти силы были напряжены теперь до крайности. Казаки держались только надеждами на скорую выручку и на помощь союзников. Донскому атаману нужно было добиться того, чтобы союзники были на Дону на Донском фронте, потому что именно на Донском фронте разыгрывались теперь события первостепенной важности, события, которые грозили самому существованию Дона. И с этой стороны прибытие союзников только в Новороссийск подрывало у казаков веру в своего атамана в минуту решительного сражения на фронте.

Но то, чего не удалось добиться официальной донской миссии генерала Сазонова и полковника Янова у генерала Бертело, то совершенно частным образом устроил адмирал Кононов, донской казак по происхождению, бывший случайно в Севастополе на встрече англо-французской эскадры. Ему удалось свести с английским адмиралом атамана Зимовой станицы Донского войска при крымском правительстве полковника Власова, они рассеяли те неправдоподобные слухи, которые распускались агентами генерала Деникина про Донское войско и его атамана, заинтересовали адмирала в военной и строительной работе Донского войска, и он отправил 21 ноября (старого стиля) из Севастополя два миноносца в Таганрог. Официальная цель похода миноносцев была заняться промерами Азовского моря, неофициально английскому капитану Бонду и французскому капитану Ошэну (Hochain) было приказано с несколькими офицерами и матросами посетить Донское войско и доложить кто прав — донские казаки, которые говорят о том, что Войско Донское вполне самостоятельное, организованное государство с армией, опирающееся на законы, или Добровольческая армия, которая говорит, что Донское войско есть полубольшевистская страна, раздираемая анархией и находящаяся в полувассальном отношении к германской империи.

На Дону начали готовиться к встрече так давно и так жадно ожидаемых союзников. И казалось, что яркое солнце появилось в хмурые и холодные осенние ноябрьские дни.


Продолжение в часть 9: "Положение на Кубани"
Tags: Белое Движение, Гражданская война, Дон, Петр Краснов, казачество
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments