ilya_prosto (ilya_prosto) wrote,
ilya_prosto
ilya_prosto

Category:

Я был рабочим Революции. Воспоминания рабочих Петербурга, часть 4.



Часть 1.
Часть 1.2.
Часть 2.
Часть 2.2.
Часть 3.

В прошлый раз мы публиковали прокламацию Ивана Кейзера «Братцы-товарищи!», а сегодня будут воспоминания В.А. Шелгунова, который рассказывает, как Ленин лично занимался с первыми инициативными рабочими, а также то, как произошло размежевание между марксистами и народовольцами в вопросе о выборе пути борьбы (политико-экономический или террористический).

В. А. Шелгунов




Василий Андреевич Шелгунов — один из старейших питерских рабочих социал-демократов. В 1893 г., уже имея около 5 лет стажа участия в подпольном движении, вошёл в ленинский кружок.

Был организатором рабочего движения и авторитетным его представителем в группе Бруснева и в центральном рабочем кружке «Союза борьбы». Один из ближайших учеников В.И. Ульянова, с которым Владимир Ильич занимался индивидуально. Неоднократно арестовывался и ссылался. Несмотря на прогрессировавшее ухудшение зрения из-за профессионального заболевая, активно работал во многих комитетах РСДРП. Участник революций 1905-1907 и 1917 гг. Автор многих воспоминаний.

Данные его воспоминания взяты из сборника «Старый большевик» №1 М. — Л., 1930 [опираются на запись выступления В.А. Шелгунова на одном из вечеров воспоминаний]

На заре Ленинской партии

Здесь говорили о Ленине того времени, когда он был мировым гением. Мои воспоминания будут не о Ленине, а о Владимире Ильиче Ульянове, когда он был простым помощником присяжного поверенного Петербургского судебного округа, и поэтому у меня будет рассказано, может быть, о более простом отношении к нему, — если даже хотите, о недостаточно уважительном к этому великому человеку. Это отношение объясняется только тем, что в те времена Ленина-гения я не знал, а если и знал, то больше понаслышке, а вот Владимира Ильича Ульянова я действительно близко знал. Я с ним познакомился через Красина на квартире этого последнего…

Г.Б. Красин


* Г.Б. Красин в 80-90-х гг. участвовал в марксистских кружках Петербурга. После высылки организовал в 1892 г. социал-демократическую группу студентов-технологов. Вёл пропаганду среди рабочих, участвовал в создании рабочих кружков.

…Он жил где-то в Петербурге, в Семёновском полку…

* Семёновский плац (полк) находился между Царскосельским (ныне Витебски) вокзалом и Обводным каналом.

…В определённый день было назначено свидание. Я пришёл раньше. Через некоторое время входит в комнату какой-то неизвестный, т.е. Владимир Ильич. Одет он был, я бы сказал, во всяком случае, хуже меня; у меня было пальтишко, правда дешёвенькое, с Александровского рынка, но всё же чистенькое, новенькое, у него же поношенное, хотя тоже чистенькое. Он снял фуражку, и в глаза бросилась лысина с углов лба. Я думал — пришёл человек лет 40.



Ожидал я встретить важного студента, а пришёл какой-то чиновник и уже довольно потёртый. Только одно меня поразило — это то, что вошёл он как-то уж очень просто. «Здравствуй!» — «Здравствуй!» — поздоровался с Красиным. Красин мне говорит: «Это тот, о котором я вам говорил». Он тут же, не обращая внимания на слова Красина, обращается ко мне: «Что это вы читаете? Я думаю, что вам эту книжку можно и не читать». И тут же затем обратил внимание на лежавшую на столе книжку о рынках…

* Имеется в виду книга В.И. Ленина «Развитие капитализма в России. Процесс образования внутреннего рынка для крупной промышленности». Но она издана позднее.

…»Вот эту книжку прочесть надо». Тут мы обменялись несколькими словами, как раз по вопросу именно о рынках. После непродолжительного разговора он назначил мне свидание у себя на квартире, сообщил свой адрес, но так как определённого времени нельзя было назначить, я спросил просто: » А когда, товарищ Ульянов, бываете дома, чтобы можно было застать наверняка?»…

* Едва ли Шелгунов уже тогда знал подлинное имя В.И. Ульянова, который вёл пропаганду среди рабочих как «Николай Петрович».

…Он назначил время около 6 часов или с 6 до 7 — время, когда он больше всего бывает дома. Так мы и расстались. Если бы я потом зашёл к нему на квартиру через три недели или через месяц после того, как он мне назначил час встречи, это не показалось бы тогда странным: то нет времени, то идёшь на кружок, то ещё что. Наконец я собрался. Он жил в Кожевниковом переулке, — как раз товарищ Енукидзе сегодня говорил о том, что там был ресторан «Гурия; жил он по соседству с этим домом, в д. №9, кв. 15…

* Шелгунов ошибается. Известны все адреса квартир В.И. Ульянова в Петербурге с 31 августа 1893 г. по 8 декабря 1895 г. Такого адреса не было.

** А.С. Енукидзе — рабочий-революционер, большевик, советский государственный и партийный деятель.

А.С. Енукидзе



…Вошёл я тогда в квартиру — его дверь была направо; показавшаяся хозяйка говорит: «Кого надо?». Я назвал. Она открыла дверь. Он мне навстречу: «Как раз, — говорит, — кстати пришли, у меня есть интересная книжка».

На столе лежит немецкая книжка. Я хочу сказать, что немецкого языка не знаю, а он своё: «Мы сейчас будем читать». И он начал читать эту книжку по-русски. Читал он её так бегло, что если бы я был за ширмой, то не поверил бы, что можно так бегло читать с немецкого. Книга говорила о синдикатах, картелях и трестах…

* Скорее всего, это была одна из двух книг, использованных затем В.И. Лениным в его труде «Развитие капитализма в России»: Bucher K. Die Enstenhung der Volkswirtschaft, 1893 или Ueber die Grenzen der Weiterbildung des fabrikmässigen Grossbetriebes in Deutschland, 1893

…На книжку эту он потратил часа 3, не меньше. Закончили мы её; он сразу же стал задавать мне вопросы. Конечно, когда он начал читать книжку, я не думал, что это так будет проходить. Как с Красиным мы читали, так, думаю, и тут он читает, чтобы пропагандировать меня. Но он начал задавать мне массу вопросов. Я тогда даже сразу не понял, почему он так усердно читал эту книжку и затратил на это только на одного человека целых 3 часа. Ушёл я от него довольно поздно. Потом только я понял, что это был приём Владимира Ильича. Вопросами он пытался изучить меня, а через меня и ту обстановку, в которой я нахожусь, и тех, с которыми я вхожу в общение.

Тут один из выступавших приводил пример о Троцком, что Троцкий, мол, не хотел читать в кружках, потому что это для него слишком неподходящее занятие — народу мало. Мне пришлось встретить ещё одного человека в таких же условиях, как Троцкий, претендовавшего тоже на гения, это Струве. Я с ним встретился у Александры Михайловны Калмыковой. После некоторых разговоров и ему предложил: «А вот вы бы согласились читать у нас на политических кружках?»…

П.Б. Струве


* П.В. Струве — лидер «легального марксизма». В 1890-х гг. имел некоторые связи с подпольем. Впоследствии — кадет. Член правительства Деникина и Врагеля.

** А.М. Калмыкова — вдова сенатора Калмыкова, в 1890-х гг. занимала резко оппозиционную позицию по отношению к правительству, принимала участие во многих общественных и благотворительных мероприятиях. Демократическая издательница, оказывала большую помощь революционным марксистам, а затем большевикам, В.И. Ленину.

А.М. Калмыкова



…Он скорчил физиономию какого-то божества, очевидно, ему и хотелось, но в то же время, прикидывая в уме, будет ли это с его стороны большой щедростью, он сказал: «Видите ли, у меня сейчас более серьёзные задачи, я решил посвятить себя более серьёзному труду».

Сопоставьте теперь ответ Троцкого выступавшему здесь товарищу, ответ Струве мне и манеру Владимира Ильича, который считал нужным, важным делом прочесть только одному лицу почти целую книжку и затратить на это 3 часа. Мы здесь видим два разных подхода к рабочим массам. Очевидно, Троцкому нужна была большая аудитория и блеск; Струве нужна была глубокая, учёная работа; а Владимир Ильич и блеск и учёность видел всё в одном рабочем, кто бы он ни был, только бы шёл делать дело, полезное для революции. И в этих кружках начинающих рабочих, где ему приходилось сплошь и рядом говорить не о политэкономии, не о важных государственных вопросах, а часто о том, как у рабочего дома живут, как у него семья, как жена, как она смотрит на его отлучки, когда он уходит на кружок, как мастер к нему относится, чем он больше всего интересуется на заводе, — всё это он узнавал так просто, незаметно. И мне не раз приходилось беседовать с рабочими, которые по развитию были гораздо ниже меня (я всё-таки кончил вечернюю школу, и моё образование равнялось приблизительно 4 классам реального училища, хотя воспитание у меня было пролетарское), так вот, и эти рабочие, и я — мы вынесли одно и то же впечатление: много было хороших людей тогда среди революционеров, но большей простоты в отношениях, чем у Ильича, не замечалось ни у кого никогда.

Как-то я шёл однажды к Владимиру Ильичу, шёл отдохнуть душой. Это был период 1893-1895 годов. Уже начинало чем-то пахнуть, уже жилось значительно веселее, чем 80-е годы. Тогда была действительно страшная пустота, а тут уж и кружки стали организовываться, и больше уже мы стали задаваться вопросом, как бы это сделать, чтобы на каждом крупном заводе у нас был бы хотя бы один товарищ. Видите ли, это по тогдашнему времени было первейшей нашей задачей, чтобы на крупном заводе был хоть один человек, и то было уже хорошо…

* Ленинский «Союз борьбы» и центральный рабочий кружок обращали большое внимание на то, чтобы иметь связи с крупнейшими заводами и фабриками. В результате такие связи имелись с 75 крупнейшими предприятиями Петербурга.

…Теперь совсем не то, конечно, а тогда мы и этим были довольны. И вот Владимир Ильич в те времена, занимаясь в этом простом кружке, знал, что работа предстоит куда более турдная, но что она должна быть выполнена; и он знал при этом, что она будет выполнена. Есть такие положения, что трудности и опасности существуют совсем не для того, чтобы перед ними вдаваться в панику и останавливаться; а Владимир Ильич всегда придерживался того мнения, что трудности и опасности существуют только для того, чтобы их преодолевать, и этим-то вот преодолеванием препятствий он и был прежде всего занят. Всякая работа, которая какой-либо стороной касалась революции, была ему не чужда, интересна и весела. Я как-то однажды пришёл к Владимиру Ильичу, сохраняя всяческую предосторожность, так как за мной была сильная слежка. Пришёл сказать, что я, очевидно, больше к нему не приду и что если меня арестуют, то, может быть, и их арестуют, так пусть он сделает вид, что он со мной незнаком. Я всё это ему говорю, но нужно было видеть его лицо в это время, одновременно и простое, и хорошее, и в то же время какая-то ирония была во взгляде и голосе.

«Что ты думаешь, дурак я, что ли, не знаешь, кому говоришь, я и без тебя это знаю», — казалось, проносилась у него мысль в голове.

Это было так просто, мило, без упрека, и я тут же всё понял без слов и как-то сконфузился. Я хорошенько не помню, но в то время у нас, кажется, была Зинаида Павловна Невзорова, впоследствии жена Кржижановского. Я поскорее удалился…

Глеб Кржижановский


*З.П. Невзорова (Кржижановская) — марксистка 1890-х гг., участница социал-демократических кружков Нижнего Новгорода и Петербурга. Неоднократно арестовывалась и ссылалась. Большевичка, близкая знакомая В.И. Ленина и Н.К Крупской.

… Мои опасения были немного преждевременными, это было примерно за год до нашего ареста. Всё это прошло, и мы продолжали ещё год работать.

Мы знаем, в каком положении находятся сейчас те, которые считали мелким заниматься с рабочими кружками, оба они: и Троцкий, и Струве (не знаю, что ждёт Троцкого) одинаково ждут, когда взойдёт над этой маленькой территорией, которую сейчас занимает Советский Союз, буржуазной солнце, а мы с вами будем ждать, когда над всем окружающим нас миром взойдёт наше коммунистическое солнце, и мы этого дождёмся.

* П.Б. Струве эмигрировал после разгрома Врангеля в ноябре 1920 г., яростно выступал против Советской власти.

** Л.Д. Троцкий — член Российской социал-демократической рабочей партии, меньшевик, центрист, с 1917 г. — большевик. В течение всей своей партийной деятельности допускал немало ошибок. После Октября 1917 года председатель Петроградского Совета Л.Д. Троцкий в первом Советском правительстве занял пост народного комиссара по иностранным делам, с 1918 по 1924 год возглавлял Народный комиссариат по военным и военно-морским делам, одно время по совместительству выполнял обязанности народного комиссара путей сообщения; с сентября 1918 по декабрь 1924 года находился во главе Революционного военного совета Республики. был членом Политбюро ЦК РКП (б). Впоследствии за «фракционную антипартийную деятельность» исключён из ВКП(б) и в 1929 году выслан из СССР. В 1940 году убит в Мексике.


Троцкий в молодости


Рабочие на пути к марксизму

Моя задача рассказать вам, почему и как питерские рабочие после разгрома «Народной воли» вышли на революционную борьбу с самодержавием и как мы учились марксизму…

* «Народная воля» — возникшая в 1879 г. организация народников, ставившая своей целью непосредственную борьбу с самодержавием за политическое освобождение народа и социальный переворот. Привлекала к этой борьбе и рабочих, но как подсобную силу; пропаганду в рабочей среде вела в ограниченных масштабах.

…Не надо понимать в прямом смысле, что мы изучали тогда марксизм, — это будет неверно, потому что нашим главным учителем марксизма был тогда завод, была фабрика, где мы работали, где мы, не зная о Марксе, не слыша о нём, уже делались марксистами…

* Всё-таки марксизм, начиная с 1880-х гг. рабочие в пропагандистских кружках изучали. Но, конечно, стихийно рабочие смой жизнью влеклись к социализму. Об этом см.: Ленин В.И. Полное собрание сочинений, том 6, с. 29-31

…Мы начали выходить на путь марксизма в особенности после того, как увидели, что деятельность «Народной воли» потерпела крах. Революционное народничество стояло на той точке зрения, что если найдётся сильная политически мыслящая личность, то она может направить движение в любую сторону, что можно запугать правительство и оно пойдёт на уступки…

* В такой форме взаимоотношения личности и массы представляли себе лишь некоторые фракции революционного и либерального народничества. Однако всё народничество в целом из-за недостаточно проявившихся капиталистических противоречий явно недооценивало творческой роли масс в истории.

…Но вот на наших глазах народовольцы убили несколько крупных столпов самодержавия, наконец, и самого царя убили, и всё это не только не привело к победе революции, а, наоборот, ухудшило положение — царь был убит, но самодержавие осталось живым, при новом царе началась жестокая реакция, все говорить даже стали шёпотом…

* Имеется в виду, например, убийство шефа жандармов Н.В. Мезенцова 4 августа 1878 г., казнь народовольцами царя Александра II 1 марта 1881 г. и др.

Подробнее об убийстве шефа жандармов Мезенцове — в рассказе гида и журналиста Павла Петрова («Перца»)



…Ясно, что перед нами, чувствовавшими на своем горбу всю тяжесть и фабричной обстановки, и политического гнёта, перед той частью рабочих, которая уже начала задумываться над своим положением, встал вопрос о поисках нового пути.

Здесь я позволю себе несколько отступить: Мария Ильинична в воспоминаниях о Владимире Ильиче передаёт, как встретил Владимир Ильич известие о казни своего брата Александра. Когда прочли телеграмму, что Александр казнён, Владимир Ильич потёр лоб и сказал: «Ну что же, будем искать более действенный путь»…

* А.И. Ульянов казнён 8 мая 1887 г. за организацию покушения 1 марта того же года на царя Александра III.

Подробнее о покушении Александра Ульянова на царя Александра III — в рассказе гида и журналиста Павла Петрова («Перца»)



…А перед многими из нас, которым во время убийства царя было по 18-20 лет, тоже встал вопрос о поисках нового, более действенного пути: это заставило нас обратить взгляд на заводскую жизнь, найти способ, как подойти к массам. Чтобы подойти к рабочим, нужно знать их положение, их повседневные нужды, знать, в чём конкретно выражается гнёт капитализма и самодержавия, который они на себе чувствовали, и суметь показать им, что возможно надеяться на изменение того порядка, в котором они так плохо жили. Эта задача стояла перед нами — обратить внимание на те экономические условия, в которых находились рабочие. В это время мы уже смотрели на себя как на людей, которые поставили своей целью изменить те условия, в которых находятся рабочие, изменить их в лучшую сторону. К таким взглядам было нетрудно прийти. Рабочий день на некоторых фабриках в то время был 14 и даже 15 часов. Мне, мальчонку, приходилось работать с 3 часов утра до 8 часов вечера, мне тогда ещё не было 15 лет. Ясное дело, что такое положение не могло нравиться рабочим. Отсюда, значит, и надо было начинать, чтобы привлечь рабочих, т.е. прежде всего обратить внимание на их экономическое положение.

В эти годы я пошёл в вечернюю школу, чтобы побольше набраться знаний. Я встретил там рабочего, который был сложившимся революционером. Когда мы с ним встретились, поговорили, он дал мне одну книжку — не помню какую, а потом вторую — не больше, не меньше, как первый том «Капитала» Маркса. Я только пошёл в вечернюю школу. Я раскрыл толстую книжку, посмотрел: «Ну, думаю, не по плечу». И особенно мне казались трудными Марксовы формулы: «Т-Д-Т; Д-Т-Д; Д-Т-Д+Д, товар, деньги товар; деньги, товар, деньги; деньги, товар, деньги+деньги» — мудрёно, никак не перешагнуть. Я посмотрел, посмотрел и отдал назад. «Нет, — говорю, — возьмите эту книжку, мне не одолеть её». Потом я получил книжонку маленькую, Дикштейна, «Кто чем живёт». Эта книжка в простой и понятной форме давала ответ на вопрос, кто такие капиталисты, как они эксплуатируют рабочих, кто и чем живёт.

Ещё до этой книжки как-то мы собрались в рабочем кружке; один из рабочих, слушая агитатора-интеллигента, а интеллигент был как раз народовольцем, вдруг говорит: «Я вас слушаю, и думается мне, что вы как будто хотите нас рассердить, а мы узнаем от вас всё, тогда, если надо будет рассердиться, то мы сами рассердимся». Этот рабочий потому так сказал, что народовольцы вели агитацию, что царя нужно уничтожить, а рабочие видели, что это не совсем то, что нужно делать ещё что-то другое. К широким массам тогда нельзя было подходить с голым лозунгом, что царя нужно уничтожить…

* На неуместность такого приёма агитации, когда пропагандист начинает с лозунга «убить царя», указывал В.И. Ленин в разговоре с сестрой А.И. Ульяновой-Елизаровой (см.: Ульянова-Елизарова А.И. Воспоминания об Ильиче. — В кнг,: Воспоминания о В.И. Ленине. В пяти томах, т.1. М., 1979, с. 40-41)

…Прежде всего за такую штуку не особенно миловали, положение было тогда почти такое, как в настоящее время у Гитлера в Германии. Если пойдёшь к рабочему и начнёшь ему сразу говорить о том, что нужно уничтожить царя, легко можно было этим отпугнуть рабочего. А если подойдёшь к нему с тем, что у нас нет хорошей воды в мастерской, что у нас дует, причём укажешь ему, что всё это можно сделать, но капиталисту жалко денег, потому что это идёт из его прибылей, — этим ты скорей за живое затронешь рабочего. Между прочим, тогда у многих рабочих был такой взгляд, что богачи-капиталисты приносят большую пользу, потому что дают заработок рабочим, дают средства для их существования. Наша задача была рассказать рабочим, что на самом деле происходит как раз наоборот, что средства к существованию не капиталист даёт рабочим, а рабочие капиталисту. Но как доказать это, чтобы всякий рабочий поверил? И вот, когда мы читали такую книжку, как брошюра Дикштейна «Кто чем живёт», которая толковала о деньгах, о товаре, о том, почему рабочий идёт на фабрику, посоле этого уже легче было подойти к рабочему.

Царское самодержавие заботилось в том время, чтобы рабочему никак нельзя было такую книгу, которая растолковывала бы ему всю правду. Царское правительство тогда заботилось о том, чтобы рабочий ходил больше в церковь или кабак, а что касается библиотек, то их почти не было. А если и существовали библиотеки, то очень дорогие, платные. Первое издание «Капитала» Маркса было в 1872 году, следующее его издание было только в 1895-1896 гг, потому что царское правительство даже эту непонятную, большую, недоступную рабочим по цене книгу не решалось издавать, потому что оно уже тогда поняло, что эта книга очень хорошая для рабочих, может быть, и трудная, но для царского самодержавия вредная…

* 1-й том «Капитала» после 1872 года фактически был запрещён. В 1884 г. были запрещены формально и его перепечатки и обращение в библиотеках и читальнях. Однако существенный интерес к главному труду К. Маркса возрастал. После годичных переговоров цензуры с министром внутренних дел 26 марта 1898 г. издание 1-го тома было разрешено. Уже в 1898 г. вышли издания Даниельсона и Аскарханова, а дальнейшие выходили беспрепятственно (ЦГИА, ф. 776, оп. 21, ч.1, 1898 г., д.283, л. 13)

…Мы, рабочие, в то время уже начали понимать, что значит формула Маркса Д-Т-Д+Д, т.е. что такое прибавочная стоимость. Также мы начали понимать, что завод, собравши нас в большом количестве, поставив всех в одинаковые условия, заставил нас и думать одинаково. Ни один рабочий, конечно, не мог иметь и в зародыше мысль, что он в одиночку может улучшить своё положение.

Были отдельные рабочие, которым удавалось временно улучшить своё положение. Накляузничает, например, на товарища мастеру, но потом другой кляузничает на него, и тогда кляузник убеждался, что нужно не кляузничать, а сплачиваться, чтобы действовать вместе. То, чему рабочие учились на своей практике, этому учил и Маркс, который говорил, что пролетарии не только одной страны, но всех стран должны объединиться, потому что для пролетария нет отечества, что все пролетарии братья, а все капиталисты всех стран — враги рабочих. И это неудивительно, потому что, если хорошенько разобраться и заглянуть в историю, тогда мы увидим, что и Маркса на путь классовой борьбы поставил не кто другой, как рабочие крупных промышленных предприятий.

Изучать Маркса мы начали в кружках. Задушенное как будто бы революционное движение постепенно, примерно с 1884-1885 года, начинает оживать. В 1887-1888 году рабочие кружки уже развиваются больше и больше…

* Это утверждение В.А. Шелгунова субъективно. В 1884 г. в Петербурге происходили волнения лишь на 9 предприятиях и две стачки. В 1885 г. — одна стачка (см.: Корольчук Э., Соколова Е. Хроника революционного рабочего движения в Петербурге, т. 1. Л., 1940, с . 129-134). В 1887 г. произошла всего одна стачка рабочих в Петербурге, в 1888 г. — ни одной (там же, с . 140-144). Иное дело — прерываемая бесчисленными арестами подпольная пропаганда групп Благоева, Точисского, Бруснева, которая хотя и медленно, действительно развивалась.

…Поднялся спрос на хорошую книгу. Передовые рабочие шлялись по толкучкам, выискивали у старьевщиков книги и закупали их. Сплошь и рядом удавалось купить эти книги. Тот же самый «Капитал» у букиниста расценивался в 40-50 рублей за томик. Когда купишь такую книгу, ясное дело, нужно было заботиться, чтобы все могли прочесть её, и мне самому приходилось разрывать «Капитал» по частям, по главам, чтобы читать одновременно в четырёх-пяти кружках. Но брали и подходящую беллетристику, где описывалось положение рабочих, и таким образом приучались рабочего к книге, а когда уже приучили его к книге, тогда старались показать ему, какая книга для него более подходящая, наиболее полезная. В 1893-1894 годах удаётся уже прорвать препятствия, расставленные самодержавием на пути книги к рабочему. Тогда в Петербурге уже вышла книга Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства», которая толкует о том, что и семья и государство не существовали постоянно, что под влиянием экономических условий они меняли свои формы, а следовательно, этим расшатывался взгляд рабочего на то, что всё существующее создано богом…

* «Происхождение семьи, частной собственности и государства» (1884) — одна из основополагающих работ, оказавших заметное влияние на формирование марксисткой исторической концепции. Русский перевод вышел в 1894 году.

…Теперь для нас непонятна вера рабочего в бога, но тогда среди рабочих приходилось сплошь и рядом толковать об этом, и нужно было много труда и времени, чтобы в сознание рабочих вошло, что всё существующее создано не богом, а экономическими условиями.

По приезде в Питер после солдатчины у меня на квартире было совещание представителей от группы народовольцев и представителей от группы социал-демократической интеллигенции. Как раз собрался тот центральный рабочий кружок, к которому принадлежал и я. В этот кружок входили: Фишер, Норинский, Кейзер и я…

* С конца 1889 г. по осень 1891 г. В.А. Шелгунов отбывал службу в армии в Ораниенбауме.

** Состав центрального кружка был несколько шире. Например, в его состав входили Г.А. Мефодиев, Е.А. Афанасьев (Климанов).


…Совещание состоялось в конце 1893 или в начале 1894 года. Представителями социал-демократов там были Старков и Герман Красин, а со стороны народовольцев Михаил Сущинский и тогда нам неизвестный Федулов. Инициатива созыва этого собрания принадлежит мне. Народовольцы, возвращаясь из ссылки, стали разыскивать новые связи, стали ходить в рабочие кружки и сплошь и рядом говорили не то, что социал-демократы, и на приходилось разъяснять рабочим, которые часто говорили: «Их, т.е. интеллигентов, не поймёшь — одни говорят одно, другие другое». И вот, чтобы не было разнобоя, мы собрали это совещание. У меня на квартире присутствовали два социал-демократа, два народовольца и четыре члена центрального рабочего кружка. После этого первого совещания мы решили создавать другое, более широкое собрание — тогдашний питерский революционный рабочий актив. Это второе собрание было на квартире Фишера и Кейзера, там уже было три народовольца — М.С. Ольминский (Александров), Сущинский и Зотов, а со стороны марксистов были Старков, Радченко, кроме того, кажется, Кржижановский или Герман Красин и человек 12-15 из рабочего актива.

И вот на этом расширенном совещании рабочие постановили: если народовольцы сформируют кружок среди рабочих, то об этом кружке они должны сообщить центральному рабочему кружку для того, чтобы центральный рабочий кружок имел возможность послать туда своего представителя. Это нужно было для того, чтобы наблюдать за пропагандистом-народовольцем, т.е. заставить говорить то, что по взглядам нашего центрального кружка нужно было говорить.

Но наше расширенное собрание было прослежено, попали на него два провокатора. Один рабочий, провокатор, знал, где жили народовольцы, и после собрания народовольцы провалились, а из марксистов провалилось двое рабочих, которых этот провокатор знал, — я остался цел.

После этого собрания можно было видеть народовольцев, идущих на рабочий кружок с Марксом под мышкой. В то время, когда руководитель революционного народничества Михайловский вёл ярую борьбу с марксистами, появившийся в Петербурге никому тогда не известный помощник присяжного поверенного В.И. Ульянов стал писать книгу «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов?»…

* Н.К. Михайловский лишь в конце 1870-х — начале 1880-х был тесно связан с революционным подпольем; впоследствии выступал как идеолог либерального народничества.

Тут ясно была выражена разница во взглядах народников и марксистов. Здесь был указан настоящий путь развития российского революционного движения, по которому должны идти рабочие, и тут же перед нами встал вопрос — выйти на более широкую дорогу воздействия на рабочие массы, и мы перешли к прокламациям.

Первые прокламации подписывались: «Группа социал-демократов». И вот тут Владимир Ильич объяснил, что нужна не просто группа, а организация, которая объединяла бы массовое рабочее движение, и с этой целью был создан петербургский «Союз борьбы за освобождение рабочего класса». Насчёт названия этой организации — вы, наверное, знаете, что за границей существовала группа «Освобождения труда», это первая группа русских марксистов, и поэтому нашу новую организацию назвали «Союз борьбы за освобождение рабочего класса», по аналогии с тем названием. Говорят, что это было согласовано Владимиром Ильичем с Плехановым, когда в 1895 г. Владимир Ильич был за границей…

* В.И. Ленин, выехав из Петербурга 25 апреля 1895 г., пересёк границу 1 мая. Вернулся в Россию 7 сентября 1895 г. (см.: Биохроника, т.1., с. 100-101, 105)

…Создание этого «Союза борьбы» можно считать первой основной вехой петербургского революционного движения на пути, идущем от первых кружков к теперешней нашей компартии.

Продолжение следует…
Tags: Ленин, Российская империя, марксизм, рабочие
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments